Традиция краткосрочной терапии

Неделю назад, анализируя свою работу за день, я пришел к важному открытию. Я понял, что мне сложно ориентироваться на кого-то из учителей или коллег, потому что у нас в стране реально нет традиции краткосрочной терапии. 95 % того, что есть - книг, обучения, супервизий, конференций - просто нерелевантно краткосрочной терапии, попросту говоря - не подходит.

Описываемая специалистами слегка презрительно, как "краткосрочное психологическое консультирование" или "работа с симптомом", такая терапия даже как будто лишена статуса терапии, она не дотягивает до "настоящей глубокой работы". Помню, во время обучения гештальт-терапии один из тренеров сказал, что если человек ходит реже чем один раз в неделю, то это пустая трата времени. Это просто маленький пример того, как обходятся специалисты с разными традициями терапии у нас в стране. Другой пример - это интервью в последнем номере журнала Большой город с психологом Полиной Гавердовской, в котором она говорит, что если фобию вылечить поведенческими методами, то через год у человека возникнет новая фобия. 

Вообще, страшилки про то, что если вылечить симптом и не заниматься "глубокой" работой, то вернется новый симптом, предаются по наследству. Я это слышал и 12 лет назад и слышу и сейчас, а научного подтверждения таким идеям никто пока не увидел. 

Впрочем, справедливости ради, приведу интересные данные. Я уже писал о том, что ранние улучшения - это очень распространенная вещь (что, естественно заставляет задуматься о многолетней терапии в новом свете). Но недавно я наткнулся на данные очень известного опроса потребителей психологических услуг в США в 1995 году. Так, вот согласно полученным данным, мнение потребителей совершенно однозначно: чем больше терапии, тем лучше (вот как это выглядит на картинке). С научной точки зрения это говорит лишь о том, что клиенты в США в 90-е выше ценили случившуюся длительную терапию, чем короткую.

Краткосрочная терапия конечно же имеет свою традицию и там, где у специалистов есть связь с такой традицией, никому в голову не придёт говорить про психологическое консультирование. Эта традиции восходит конечно же к Милтону Эриксону, и, далее, через Институт MRI в Пало-Альто, получает свое развитие в ориентированном на решение подходе Стива Де Шейзера и Инсу Ким Берг (SFBT), который является сейчас самым популярным краткосрочным методом работы в мире. И это совершенно отдельная ветка психотерапии, привитая, возможно, изначально, к дереву семейной терапии, а затем в виде множества саженцев ставшая самостоятельной рощей.

Как ни странно, самыми последовательными приверженцами таких традиций в российском контексте являются гипнотерапевты: пожалуй, только они транслируют уверенную позицию, что изменения не только возможны, а высоко вероятны, что они наступят скорее раньше, чем позже и что долго страдать, чтобы тебе стало лучше, не обязательно.

Что нужно, чтобы появилась такая традиция, точнее говоря, доступ к ней? Что помогает чувствовать связь с такой традицией? Конференции, книги, сообщество, исследования. Я третий год подряд езжу на конференции Европейской ассоциации краткосрочной терапии, и только в этом году я понял, наконец, зачем. Именно для того, чтобы чувствовать связь с этой традицией. В этом году, как и в прошлом, мы были на конференции с Арсением Павловским и Ольгой Зотовой. И я сразу после возвращения почувствовал, как сильно меня это продвинуло в работе. 

В целом, есть позитивные изменения - в Москве уже несколько лет проходит обучение краткосрочный терапии по модели Д. Нардонэ - и он приедет в следующем году. Наш с коллегами тренинг по SFBT c Гаем Шеннаном состоится 2-4 ноября и к нему есть большой интерес, судя по тому что мест уже не осталось. В следующем году в Москву приедет Билл О'Хенлон, который внес очень важный вклад в развитие краткосрочной терапии. Думаю, что все будет хорошо. А то, что есть сейчас, никуда не денется. Это не вместо. Это вместе с.

Комментарии

  1. Мой опыт, если честно - подтверждает "байки". Но это мой личный опыт и с симптомом я самостоятельно, без психолога боролась. Я с детства страдала от клаустрофобии. В какой-то момент, когда я готовилась поступать в Гнесинской училище, оказалось, что занятия фортепиано у меня на 12-м этаже. И я ходила пешком, боялась лифта. В какой-то момент мне это надоело, и я стала постепенно себя приучать: два этажа на лифте проеду - дальше пешком, потом три этажа, четыре этажа... К лифту я себя приучила. Клаустрофобия вообще не прошла, только страх перед лифтами... После чего я стала обрастать страхами. Я стала бояться оставаться одна в квартире, темноты, всего, что едет (перестала кататься на велике и самокате), любых насекомых (до этого только пауков опасалась)... С каждым годом страхов становилось все больше. В конце концов я пошла как раз в "глубинную" терапию, и постепенно перестала бояться... сначала темноты и оставаться одна в квартире, потом - насекомых, и даже пауков, которых боялась всегда, в этом году, впервые после 15-и летнего перерыва снова села на велик. А недавно я обнаружила, что я проехала через автомобильный тоннель (мой главный страх. лет с 5-и) и у меня не сделалось панической атаки. При этом в моей "глубинной" терапии мы ВООБЩЕ ни разу не касались моих фобий, мы другим занимались, это - побочный эффект...

    ОтветитьУдалить

Отправить комментарий